Было бы неверно считать, что первый вид ошибочных действий, при которых вытесненное намерение приводит к полной замене слов, дает основания для вывода об осознанном или почти осознанном характере этих действий. «Так, например, может случиться, что пациент при первой встрече с врачом по ошибке назовет свою жену матерью. Он продолжает совершать эту ошибку и после того, как ему на нее укажут. Более того, он даже подробно объяснит, что его жена вовсе не похожа на его мать. И лишь после долгих месяцев анализа пациент оказывается в состоянии осознать тот факт, что в его фантазиях жена играла роль матери, на которой он хотел жениться много лет назад, в разгар своего эдипова комплекса. В подобных случаях ошибочные действия отчетливо вскрывают содержание Оно, в отношении которого Я пациента в течение многих лет сохраняло исключительно сильный контркатексис» (Brenner 1967, 155).

Описки настолько сходны с оговорками, что на их счет вряд ли можно что-то добавить.

При очитках роль побуждающего к беседе слова берет на себя сенсорный стимул — текст. Речь есть активное действие, чтение же, напротив, пассивный, копирующий акт понимания образов. При очитках это действие искажается активным действием создания образов. Они могут быть вызваны ожиданием или ожидаемым содержанием. Корректурная вычитка именно потому оказывается столь тяжелым трудом, что человек настроен видеть на бумаге верное слово и вместо напечатанного с ошибкой видит именно его. Ошибочные действия в строгом смысле слова определяются все же мотивом «личной заинтересованности» или «комплексом». Так, Фрейд в одной газете прочитал заголовок: «Der Friede von Görz» (согласие в Герце), хотя на самом деле было «Die Feinde vor Görz» (неприятель у Герца). Он заметил при этом: «Мудрено ли ошибиться при чтении человеку, проводившему на этот фронт двоих сыновей» (IV, 125). Наборщик, набиравший книгу по биологии, постоянно ошибался на слове «Verschmelzung». Этим словом в книге обозначалось телесное соитие при совокуплении и оплодотворении. Наборщик, однако, постоянно читал «Verschmutzung» (загрязнение), причем виной всему было то, что в его представлении акт соития являлся чем-то грязным (Heiß 1956,116).

В большинстве случаев очитки заключаются в полной подмене написанного слова другим, в той или иной мере связанным с первым. Между текстом и неправильно прочитанным словом смысловая связь имеется не всегда, однако они могут быть связаны еще теснее. Это правило особенно касается тех случаев, когда человек читает что-то неприятное, доставляющее боль и страдание, и подмена слов защищает его от этого; она позволяет человеку отстраниться от текста. При этом человек должен сначала (бессознательно) правильно воспринять текст, и лишь после этого он сможет откорректировать его по своему желанию.

Забывание намерений является ошибочным действием лишь тогда, когда оно касается намерения, которое мы действительно хотели выполнить и которое так и остается неисполненным, будь то действие, совершаемое время от времени или привычное (например, почистить зубы). То есть если человек сознательно или добровольно откажется от какого-то плана или замысла и тем самым надлежащим образом вычеркнет его из памяти, то здесь ошибочного действия нет. При забывании намерений имеют место нежелание и стремление сделать наоборот, которые успешно противодействуют припоминанию и исполнению. Это противление и нежелание противостоят намерению либо прямо, либо косвенно. Так, например, можно забыть о свидании из-за антипатии к человеку, с которым предстояло встретиться, но равным образом к забыванию приводит порой неприязнь к месту условленной встречи, с которым может быть связано болезненное воспоминание.

Механизм забывания имен «состоит в нарушении задуманного воспроизведения имени посторонним и в данный момент неосознаваемым течением мыслей. Связь между искаженным именем и комплексом, вызывающим это нарушение, или существует с самого начала, или устанавливается за счет поверхностной (внешней) , часто с виду искусственной ассоциации. Среди вызывающих нарушение комплексов наиболее действенными являются комплексы собственных отношений с людьми (личных, семейных, профессиональных)» (IV, 47—48).

Забывание впечатлений можно отнести к ошибочным действиям лишь тогда, когда эта забывчивость явно выходит за известные рамки обычной способности человека хранить воспоминания.

Наряду с простым забыванием встречаются забывание имени с ложным припоминанием (вместо нужного имени всплывает имя-заменитель, которое тотчас признается неверным) и ошибки памяти, которые вначале недоверия не вызывают. Такая форма забывания аналогична покрывающим воспоминаниям, которые объясняются процессом смещения: в памяти в виде воспоминаний-заменителей сохраняются индифферентные воспоминания детства, находящиеся в ассоциативной связи с действительно важными вытесненными воспоминаниями.

Страницы: 1 2 3

Смотрите также

Психоанализ в Восточной Европе
Изначально понятие «Восточная Европа» использовалось как чисто географическое наименование. К нему относили местность и государства восточный части Польши, европейскую Россию и Украину, Прибалтику ...

Творчество Вильгельма Райха и его последователей
Вне всякого сомнения, Вильгельм Райх — одна из самых неоднозначных фигур в истории психоанализа. Мы обязаны Райху тем, что терапевтическая техника психоанализа стала доступна для систематического ...

Психоаналитическая теория депрессии
В начале нашего столетия психоаналитики в ходе лечения больных стали собирать эмпирический материал относительно депрессии и на его основе создавать теорию (Abraham 1912, Freud 1917), получившую в ...