Примерно с четырнадцати лет возбуждение, вызывавшееся его сексуальными фантазиями, стало усиливаться более явными фантазиями о беременности — например, изменения формы и размеров у женщины в первые три месяца беременности вызывали у него внезапное сексуальное возбуждение и эякуляцию. Фигура мужчины, бывшего прежде стройным, а затем начавшего полнеть, также стала его стимулировать. Вид слегка погрузневшего мужчины, показавшегося выше пояса из воды, мог вызвать у него сильную эрекцию и оргазм (в возрасте между четырнадцатью и семнадцатью годами). В этом случае вода являлась заменой фетиша. Представление о большом, отделенном от тела пенисе, вызывало эякуляцию; «полнота» (беременность) переносится здесь на пенис (большой пенис — младенец — грудь).

Фетиш задействовался всякий раз, когда он чувствовал себя подавленным, одиноким и нелюбимым, особенно когда он разлучался с матерью или терпел неудачу в социальной или профессиональной сфере. Все его сексуально возбуждающие фантазии являлись воплощением его веры в фаллическую мать. Так, в его подсознании начинавший полнеть мужчина представлялся ему женщиной с пенисом, то есть мужчиной, превратившимся в женщину. Кроме того, он представлялся беременной фаллической матерью, с которой идентифицировал себя пациент. Любое покушение на тело или предметы одежды, соприкасавшиеся с телом, представляло собой повреждение женщины вследствие полового акта, то есть женщину с пенисом в себе или готовую разродиться ребенком. Эти садомазохистские фантазии позволяли ему испытывать исполненные наслаждением и страхом возбуждение и оргазм. Все это в конечном счете удалось выявить довольно легко, поскольку являлось всего лишь фантазиями, скрытыми замещающими образованиями и смещениями. С возрастающей откровенностью пациент в конце концов заявил, что «идея сделать с собой нечто, что причинит боль, но не убьет, откликается во мне. Мне хотелось бы без вреда для себя испытать, как вспарывают мое тело и почувствовать при этом сексуальное возбуждение, но так, чтобы на самом деле его не вспарывали». Эта мазохистская фантазия словно тонкая вуаль скрывала его желание забеременеть и выносить ребенка.

Как и следовало ожидать, нормальная фигура мужчины или женщины не вызывала у него никаких сексуальных чувств. Если пенис был виден, или если он трогал 'свой собственный пенис, возбуждение полностью пропадало. Вследствие имевшейся у него женской идентификации с матерью вид пениса вызывал страх троякого рода: 1) угрозы кастрации; 2) угрозы бессознательных гомосексуальных желаний; 3) активизации его примитивных страхов разрушения тела, которые тесно были связаны со страхом отделения и желанием иметь ребенка. В первые месяцы анализа всякий раз, когда он пытался прикоснуться к своему пенису, он испытывал чувство, что «тот улетучивается».

Стадии развития фетишистского объекта (мужское белье) можно описать следующим образом:

1. Использование переходного объекта (плюшевый мишка) с шести месяцев до восьми лет указывает на повышенный интерес к тому, чтобы самому выносить ребенка (Winnicott 1953). С раннего детского возраста пациент идентифицировался с матерью и испытывал огромную к ней привязанность.

2. В возрасте с трех до пяти лет он был полностью убежден, что мать, увеча себя, производит на свет ребенка из нижней части живота. Преследовавшие его в этой связи мысли означали, что он, исполненный страха, воспроизводил собственное рождение.

3. В возрасте от четырех до пяти лет ему нужно было полностью завернуться в одеяло, чтобы тем самым защитить свое тело от разрушения. В той мере, в какой теснота представляет беременность, это также приносило удовлетворение.

4. С пяти лет он испытывал открытое желание беременности, причем впервые стало играть роль мужское белье. Тем не менее центральной темой в это время являлось желание беременности, а мужское белье отображало поверхность увеличивающегося тела. В дальнейшем акцент был смещен на саму одежду, а открытая фантазия о беременности обычно либо а) подавлялась, либо б) вытеснялась, либо в) скрывалась за фантазиями об изменении и «полноте». Это полностью согласуется с теорией Ганса Захса, что механизмы перверсии «представляют собой разъединение через внутрипсихическое отделение, причем часть инфантильной сексуальности служит вытеснению и поэтому догенитальное удовольствие переносится в Я . при этом оно позволяет извращенным фантазиям выражаться в сознании, а все остальное подвергается вытеснению» (Gillespie 1946).

5. С девяти лет акты насилия, направленные на одежду (не обязательно подштанники), вызывали эрекцию и эякуляцию. Здесь аспекты беременности вытесняются, а интерес смещается с нижних частей тела на верхние.

Страницы: 1 2 3

Смотрите также

Творчество Вильгельма Райха и его последователей
Вне всякого сомнения, Вильгельм Райх — одна из самых неоднозначных фигур в истории психоанализа. Мы обязаны Райху тем, что терапевтическая техника психоанализа стала доступна для систематического ...

Последователи Фрейда
...

Организация рационального питания
Изучение радиационных воздействий на организм человека показывает, насколько опасно влияние радиации. Причем, как показали последние исследования, действия малых доз радиации на человека в большой ...