Эти идеи были расширены и углублены Гловером (Glover 1933,1939) до общей теории «этиологии наркомании», ассимилировавшей гипотезы Мелани Кляйн (см статью Р. Ризенберг в т. III). Он показал, что прежних представлений о регрессии к орально-садистской организации либидо и выделения гомосексуального элемента при игнорировании садизма и агрессии не достаточно для того, чтобы найти удовлетворительное объяснение наркомании. Скорее надо искать этиологические элементы, которые столь примитивны, что попадают в фазу, предшествующую образованию психической структуры. Речь идет о периоде, который мы теперь называем паранойяльно-шизоидной или депрессивной позицией. Механизм наркотической зависимости соответствует переходу между этими двумя примитивными психотическими, а позднее невротическими фазами развития. Наркомания состоит в фиксации на предтечах последующего эдипова комплекса с соответствующими им объектными отношениями и бессознательными фантазиями. Эти фантазии являются символической драматизацией первоначальных отношений любви и ненависти к родителям и возникают как результат конденсации двух первичных систем фантазий: первой, «в которой ребенок атакует (затем — восстанавливает) органы в теле матери, представляющие объекты», и второй, «в которой мать воздействует (позднее: восстанавливает) в теле ребенка на органы, представляющие объекты» (Glover 1933, 186). Вследствие догенитальной фиксации или регрессии реактивизируется садизм, который хотя и не столь интенсивен, как при паранойе, но сильнее, чем при неврозе навязчивости, и именно по отношению к нему наркомания и выполняет защитную функцию. Одновременно с ее помощью возводится оборонительный вал против регрессии к психотическим страхам. В ходе дальнейшего исследования психодинамической роли наркотиков Гловер исходил из связи между зависимостью и невротическими привычками или общественными обычаями, в частности связанными с приемом пищи; аналогичные идеи одновременно с ним, но независимо от него были высказаны Фенихелем по поводу «ненаркотических» зависимостей.

Наркотик приобретает многообразные функции и символическое значение, которые становятся понятными из последующих дополнений, сделанных другими авторами. Наркотик — это особый объект, зачастую парциальный, содержащий аспекты хорошей и плохой матери, он может одновременно служить и проектом, и интроектом. Кроме того, наркотик имеет значение всегда доступного фетиша и в то же время является переходным объектом в понимании Винникотта (Winnicott 1971). Как показывает также изучение мифологии и этнологии, наркотик может отображать фаллос или семя отца (бога), грудь, соски, молоко матери (богини). Вместе с тем наркотик репрезентирует и другие телесные субстанции, в частности телесные выделения, такие, как кал, моча, а также дыхание, пот и кровь. Этим многогранным символическим значением объясняется среди прочего особое внимание к различным способам употребления наркотика и соответствующие разнообразные церемониалы у наркоманов, зачастую обнаруживающие даже выраженный характер навязчивости и становящиеся столь же важными, как и само наркотическое средство. Существен, хотя нелегко сформулировать это в нескольких словах, и тот факт, что конкретные вещества могут заменяться психическими субстанциями, например, чтение «хороших» и «плохих» книг подряд имеет сходство с наркоманией и по психодинамике может быть непосредственно сопоставлено с поглощением пищи. В соответствующих условиях любое вещество и любой объект — включая врача! — могут играть роль наркотика. Конкретные и «психические» субстанции всегда можно разделить на «добрые» и «злые», благотворные и вредные. Выбор явно вредного наркотика обусловливается элементом садизма. Наркотик — это вещество, парциальный объект с садистскими свойствами, который может существовать как во внешнем мире, так и в собственном теле, но проявить свои вредоносные свойства он может только внутри тела. Состояние наркомана — это переход между угрожающим, обращенным вовне садизмом паранойяльной системы и интернализированным садизмом меланхолической системы. Согласно Гловеру (Glover 1933), существует формула, по которой собственные порывы ненависти индивида, а также идентификация с амбивалентным объектом любви представляют собой состояние психической угрозы, и это состояние воспринимается как интроецированное чужеродное тело. От него в качестве внешнего противоядия в конечном счете и принимается наркотик, который, разрушая, исцеляет. Так же как когда-то в развитии наркомана не доставало хорошего объекта, подобно тому, как в его фантазии, согласно Мелани Кляйн, материнское молоко было отравлено, а грудь злой, так и теперь он вынужден постоянно носить в себе злой объект и уничтожать злые интроекты и аспекты объекта и тем самым частицы самого себя. Но уничтожение злого интроекта возможно только через саморазрушение! Вследствие этого и регрессивно-садистского Сверх-Я возникает выраженная саморазрушительная тенденция к наркомании как постепенному самоубийству.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10

Смотрите также

Методический инструментарий для учебных занятий по анализу конфликтов и ведению переговоров
Будьте самоучками - не ждите, чтобы вас научила жизнь. Станислав Ежи Лец Особенности психологического экспериментирования, при котором предметом моделирования и изучения является конфликт, состоят ...

Психоанализ в Восточной Европе
Изначально понятие «Восточная Европа» использовалось как чисто географическое наименование. К нему относили местность и государства восточный части Польши, европейскую Россию и Украину, Прибалтику ...

Психотерапия (поведенческая психотерапия)
Психотерапия - это наука о влиянии слова на психику, а через нее на весь организм человека с целью сохранения и восстановления здоровья. Инструментом влияния является язык врача. Применение психотера ...