Пациентке приснилось, что она отправилась погулять и в каменистой местности встретила свою мать, которая приблилеалась к ней, раздетая догола. Вверху она оставалась женщиной, но ниже пояса выглядела мулечиной и имела мужской член. Мать сказала, что она слишком долго ждала, слишком долго воздерлеивалась, но теперь схватит ее, чтобы совершить с дочерью половой акт. Пациентку охватил ужас и отвращение, она закричала: «Я не хочу, я не хочу, я потому и обратилась к врачу!»

Этот сон молеет показать, сколь велики страхи при такой ранней беспомощной зависимости от матери, если отец не молеет выступить посредником, поскольку мать его полностью поглотила. Он также показывает, что чрезмерная привязанность к матери в перелеиваниях ребенка предстает в виде леелания инцеста. Если уж в самой сущности матери заложено оценивать первые шаги к реальности мира, к личной автономии, к индивидуации как «столь же греховное, как и непонятное заблуледение» и, «все прощая, прилеимать к груди вырывающееся и упирающееся "бедное, милое дитя" в полной уверенности, что лучше будет никогда его не отпускать» (Th. Mann 1967, 671), то вполне понятно, что для матери с нарушениями, как показала в фундаментальном исследовании П. Оланье (Aulagnier 1964), роледение ребенка превращается в невыносимую утрату чего-то, что принадлежало только ей. Ввиду этой нарциссической утраты мать вынуледена отрицать и уничтожать каждый отцовский элемент. Она не молеет говорить о «нашем» ребенке. Ребенок не молеет быть ребенком своего отца. Ребенок не вправе существовать отдельно от нее, он — не будущий автономный человек, а лишь объект ее всемогущества.

Имеются все основания предпололеить, что такого рода фантазии относятся к очень ранним детским перелеиваниям, поскольку их молено обнарулеить и в мифах древнейших культур. В конечном счете они свидетельствуют о том, что отец очень рано вмешивается в отношения матери и ребенка. Кроме того, в этих архаических фантазиях фаллическая мать выступает в качестве могущественной фигуры, угролеа

ющей кастрацией и уничтожением. На основании этих наблюдений и фактов вслед за Б. Грунбергером (Grunberger 1971, 333) можно сформулировать уже упомянутую гипотезу относительно возраста, когда отец начинает влиять на жизнь маленького ребенка: «Если Фрейд установил эдипов возраст между тремя и четырьмя годами, то другими исследователями он был смещен ко второму году жизни, а для Мелани Кляйн, как мы знаем, эдипов период совпадает со второй половиной первого года жизни. Тем самым мы все более приближаемся к началу постнатального существования, и можно задать себе вопрос, нет ли у нас причин, чтобы распространить наши исследования и по ту сторону этих границ».

Как уже отмечалось выше, мы вправе даже задаться вопросом, не присутствует ли отец всегда в той или иной форме уже. с самого начала в тесном единстве матери и ребенка и не является ли поэтому эдипов конфликт не генетически-историческим феноменом, а важнейшим структурным элементом в процессе становления человека (ср. также статью Й. Штольце в т. I).

Необходимость отца для психического события представляется очевидной. Во всяком случае, многое указывает на то, что уже в раннем возрасте отцовский принцип начинает осуществлять важную функцию в фантазиях матери и ребенка. Тем самым мы можем перейти к основной части нашего обсуждения — к вопросу о значении и функции отца. Для этого мы должны сначала рассмотреть ситуацию раннего детства, а также «добрые» и «злые» имаго матери,

Страницы: 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55

Смотрите также

Последователи Фрейда
...

Организация рационального питания
Изучение радиационных воздействий на организм человека показывает, насколько опасно влияние радиации. Причем, как показали последние исследования, действия малых доз радиации на человека в большой ...

Психотерапия (поведенческая психотерапия)
Психотерапия - это наука о влиянии слова на психику, а через нее на весь организм человека с целью сохранения и восстановления здоровья. Инструментом влияния является язык врача. Применение психотера ...