Культурное развитие превращается, по мнению Фрейда, в постоянную «борьбу между эросом и смертью, влечением к жизни и деструктивным влечением . у человечества» (XIV, 481). Важнейший вопрос развития культуры Фрейд снова исследует на примере истории развития отдельного человека: «Что происходит в нем, чтобы его стремление к агрессии стало безвредным . Агрессия интроецируется, становится внутренней, но, собственно говоря, отсылается туда, откуда она произошла, то есть обращается против собственного Я» (XIV, 482). Там она перенимается частью Я, Сверх-Я, которая в качестве «совести» противопоставляется Я и здесь проявляет «ту же непреклонную готовность к агрессии . которую Я охотно выместило бы на других, посторонних людях» (XIV, 483).

В психическом развитии человека сознание вины выступает вначале как «социальный» страх перед реальной потерей любви, грозящей ему, если он в фантазии или на деле восстанет против авторитета, от которого он зависит. Однако чувство вины в собственном смысле, из-за известной потребности в наказании проявляющееся часто бессознательно, возникает лишь с появлением в человеке Сверх-Я. Отныне авторитет интернализируется, и теперь уже ничего нельзя скрыть от Сверх-Я. «Реальная серьезность ситуации, — так Фрейд говорит здесь об интрапсихических отношениях, — правда, миновала, ибо у нового авторитета, Сверх-Я, по нашему убеждению, нет причин третировать Я, с которым оно внутренне связано. Но влияние развития, сохраняющего прошлое и преодоленное, выражается в том, что, по существу, все остается так, как было вначале. Сверх-Я терзает грешное Я теми же ощу-; щениями страха и ждет удобного случая, чтобы подвергнуть его наказаниям со стороны внешнего мира» (XIV, 484—485).

В форме риторических вопросов Фрейд выражает удивление, что Сверх-Я так строго ведет себя и совершенно особым образом навязывает себя человеку в беде в форме самоанализа, ведя к раскаянью. Это объясняется инфантильной ступенью совести, «которая после интроекции в Сверх-Я не исчезает, а продолжает существовать рядом с ней и за ней. Судьба рассматривается как замена родительской инстанции» (XIV, 486). Здесь Фрейд сравнивает народ Израиля, который считал себя богоизбранным, с динамикой Сверх-Я в психике отдельного человека. Даже когда

«великий Отец» позволил разразиться беде над своим народом, «такое отношение не сбивало народ с толку, и он не усомнился во власти и справедливости Бога, а породил пророков, осудивших его за греховность, и из сознания своей вины создал самые строгие предписания своей жреческой религии. Примечательно, насколько иначе ведет себя первобытный человек! Когда его постигает беда, он винит не себя, а фетиш, явно не выполнивший свой долг, и колотит его, вместо того чтобы наказать самого себя» (XIV, 486).

Таким образом, по Фрейду, есть два вида и два источника чувства вины. Во-первых, страх перед авторитетом: происходит отказ от влечения, то есть, нарушив заповедь внешнего авторитета, человек, опасаясь агрессии с его стороны, отказывается и от получения удовольствия. В этом случае человеку грозит по меньшей мере потеря любви. Затем возникает психическая инстанция Сверх-Я, и теперь чувство вины выступает в совершенно ином качестве, лишь усиливаясь, если имеет место отказ. «Здесь отказ от влечения помогает мало, — говорит Фрейд, — ибо желание сохраняется и не может укрыться от Сверх-Я. Таким образом, чувство вины возникает, несмотря на произошедший отказ, и в этом большой экономический ущерб от появления Сверх-Я, или, можно сказать, от формирования совести. Отныне отказ от влечения не освобождает полностью, добродетельное воздержание не вознаграждается теперь гарантией любви, угроза внешнего несчастья — утраты любви и наказания со стороны внешнего авторитета — сменяется продолжительным внутренним несчастьем, напряжением от сознания вины» (XIV, 487).

Важным моментом этих сложных процессов является понимание того, что после образования у индивида Сверх-Я всякий отказ от влечения действует как динамический источник, можно сказать, как усиление строгости Сверх-Я. Это подводит Фрейда к следующей мысли: «Совесть есть следствие отказа от влечения; или: отказ (навязанный извне) от влечения создает совесть, требующую затем дальнейших отказов от влечений» (XIV, 488).

Страницы: 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27

Смотрите также

Психоаналитическая концепция мазохизма со времен Фрейда: превращение и идентичность
Проблема мазохизма, рассматриваемая с позиции психоаналитической теории, излагается в данной статье в двух разделах. Вначале будет представлена фрейдовская концепция, разработанная в рамках первой ...

Хаинц Гартманн и современный психоанализ
Хайнц Гартманн (1894—1970), выдающийся психоаналитик второго поколения, был одним из тех, кому выпало продолжить пионерскую работу, начатую в первые десятилетия XX века Фрейдом и его соратниками. ...

Фрейдовские соратники
Наряду с очерками о личности и творчестве Фрейда мы решили рассказать также о двух, пожалуй, наиболее выдающихся фрейдовских учениках: Карле Абрахаме и Шандоре Ференци. Невозможно даже просто сос ...