Теперь мы попытаемся провести сравнение двух научных систем, и это сравнение по хронологическим причинам следует начать с марксизма. В методологическом отношении марксизм ггричисляют к системе мышления, называемой обычно диалектическим или историческим материализмом. Мне кажется здесь излишним приводить цитаты или попытаться в нескольких тезисах изложить исторический материализм. Тем не менее — весьма упрощенно — следует сказать, что Маркс отнюдь не был первым из тех, кто попытался динамически понять историю во всех ее взаимосвязях, но что он был первым среди тех, кто, по его мнению, нашел закономерности в истории, которым можно было найти соответствие в законах природы. Представление о том, что история подчиняется таким законам природы, можно разумно обсуждать только в том случае, если оно рассматривается лишь как одна из возможностей интерпретации исторического события. Само по себе оно равноценно другому, противоположному представлению, в котором исключается всякая закономерность исторического события и считается, что это лишь следствие абсолютно непредсказуемых случаев, то есть, если перефразировать Альберта Эйнштейна, что Бог просто-напросто играет с природой и людьми в кубики. Чтобы прийти к правильной оценке исторического материализма, надо иметь в виду, что в момент своего возникновения историческая наука также была совершенно иной, чем сегодня. Хотя во все времена всегда находился великий летописец, научное исследование истории, какое мы знаем сегодня, во времена Маркса все же находилось лишь в зачаточном состоянии. Значение Маркса как революционера в истории наук уже никем не оспаривается, тогда как утверждать это про Фрейда не так просто. Очень часто, когда говорят о том, что является главным в психоанализе, называют метод исследования и его цели.

Метод представлял собой нечто совершенно новое с точки зрения содержания ихвоего применения, как, впрочем, и с точки зрения предполагаемого им смешения гуманитарной и научной этики. Целью психоанализа, какой ее видел Фрейд, является эволюционное развитие человечества, но не революционное. Поэтому будет неправильно приписывать Фрейду и Марксу одинаковое качество революционности, хотя труд того и другого вызвал объективно констатируемое, неослабное развитие человеческого мышления.

Нельзя не отметить также существенных различий, обусловленных самой сферой деятельности обеих наук: здесь объектом исследования выступает история, а сферой деятельности — общество в целом; там — исследование индивидуума, клиническое окружение, «микроскопическая» индивидуальная работа психоаналитика.

На первый взгляд отрицание Фрейдом тех или иных общих моментов в его учении и учении марксизма, о которых я уже говорил, выглядит вполне правомерным.

И все же отрицать их нельзя. Один из них — попытка объяснять очевидные явления через неочевидные. Как Маркс, так и Фрейд считают первые из них неважными, важным же только то, что еще должно быть раскрыто. Если для Маркса обмен товарами лишь внешне является определяющим экономическим феноменом, то и для Фрейда сознательное поведение — это всеготолько «вершина айсберга». Это раскрытие неочевидного, но определяющего делает оба учения, по существу, герменевтическими науками. Однако методом объективизации герменевтически познанных феноменов марксизм и психоанализ пользуются совершенно по-разному. Как уже отмечалось, мы обязаны выводом о том, что в случае психоанализа речь идет о герменевтической науке, прежде всего Юргену Хабермасу и Полю Рикёру, причем тот и другой исходили из разных позиций (Mentzos 1973). С характером герменевтики тесно связано взаимопроникновение практики и теории: интерпретация, если она верна, должна быть сопоставима с непосредственно наблюдаемыми феноменами. Хотя полем исследования в психоанализе является отдельный человек, которого относительно легко можно подвергнуть непосредственному наблюдению, а у Маркса объектом исследования выступает общество и сам исторический процесс, для обоих все же оказывается общим то, что практика и теория неотъемлемо связаны Друг с другом. Ни в одной другой науке эта связь не является столь необходимой, как в марксизме и психоанализе. Уже упоминавшаяся тенденция развития от практической работы, которая в одном случае должна проводиться со страдающим человеком, в другом случае — с политическим и социальным событием, в направлении академической науки вызвало далеко идущие изменения в обеих областях. Остается вопрос, не привели лИ эти изменения к развитию, которое делает любое дальнейшее сравнение психоанализа и марксизма совершенно бессмысленным. В настоящий момент едва ли кто-либо, кто интересуется этой областью, не захочет оказаться практически задействованным в политических и социальных событиях нашего времени. Интерпретация бессознательного процесса — Марксом в обществе, Фрейдом у индивидуума — является одним из очевидных общих моментов, который сохраняет свои основные качества даже при самом тщательном рассмотрении.

Страницы: 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12

Смотрите также

Проблемная ситуация и процесс практического мышления
Сегодня общепризнанным стал тезис С.Л. Рубинштейна о том, что мышление едино, что его различные виды (например, практическое и теоретическое мышление) имеют общую природу, подчиняются одним и тем ...

Последователи Фрейда
...

Фрейдовские соратники
Наряду с очерками о личности и творчестве Фрейда мы решили рассказать также о двух, пожалуй, наиболее выдающихся фрейдовских учениках: Карле Абрахаме и Шандоре Ференци. Невозможно даже просто сос ...