Еще в 1895 году Фрейд указал на некоторые причины возникновения неврозов страха у пожилых людей. Неврозы страха часто сопровождают ситуацию, в которой человек не в состоянии больше использовать свою сексуальную способность, либидо. Застой либидо ведет к возникновению страха: невозможность пожилых людей вступать в сексуальные отношения, связанная с общим представлением об их неспособности к генитальный сексуальности, то есть с представлением, в котором утверждается связь между возрастом и импотенцией, является одной из причин неврозов страха, столь часто встречающихся у пожилых людей (I, 328—336). Этот предрассудок мешает таюке исследованиям импотенции.

Другими причинами возникновения страха у пожилых людей являются их недостаточная сублимация в работе, выпадение из социокультурной жизни, дефицит уважения в семье и тд.

Большинству пожилых людей трудно найти подходящие объекты любви и интересов. Контакты затрудняются снижением подвижности, в том числе и в психической сфере, недостаточной пластичностью мышления и склонностью избегать всякого риска. Однако мы часто можем обнаружить психическую пластичность у людей даже самого преклонного возраста и встречаем рано утраченную подвижность, ригидность мышления таюке у молодых людей. Тем не менее общество склонно объяснять «старческую ригидность мышления» биологическими фактами и не верит, что изменения у пожилых людей можно сделать обратимыми, во всяком случае до определенной степени, как при неврозах навязчивости в молодом возрасте. Психическое старение рассматривается с точки зрения энтропии, то есть считается, что энтропия психического потенциала с возрастом увеличивается и препятствует устранению фиксаций. Это воззрение также является предрассудком, если его распространяют на всех людей. Вместе с тем благодаря идее Эриксона о связи фазы биофизических стимулов с двумя возможностями в пожилом возрасте — признавать себя или в себе сомневаться — нам известен психоаналитический подход, который мог бы повлиять на геронтологию, во всяком случае больше, чем это имеет место сегодня.

В качестве последнего примера мы хотим рассмотреть влияние психоанализа на представление о смерти, тесно связанное с пониманием агрессивности и деструктив-ности, которые сегодня сильно волнуют общество. Фрейд создал теорию влечения к смерти, которую, по его мнению, верифицировать невозможно. Тем не менее влечение к смерти объясняет различные непонятные, но доступные наблюдению феномены, например тенденцию человека повторять действия, несмотря на то, что они приводят к болезням, или присущее отдельным людям удовольствие от собственного страдания, или удовольствие от страдания других. Фрейд полагал, что навязчивое повторение, садизм и мазохизм являются феноменами, которые можно объяснить с помощью теории влечения к смерти (см статью П. Куттера и Ж.-М. Алби и Ф. Паше в т. I).

Влечение к смерти не выражается непосредственно, оно проявляется только в своих дериватах — склонности к агрессии и деструктивности. Фрейд описывал его как стремление организма вернуться к неживому состоянию. Эта теория вызвала отвержение и сопротивление даже среди аналитиков. Не только потому, что данную гипотезу практически невозможно подтвердить экспериментально, но и потому, что она подрывает энергично отстаиваемое мировоззрение, с которым солидарно подавляющее большинство людей: идеализацию жизни в Вечной жизни. В последнее время дискуссия о дериватах влечения к смерти, деструктивное™ и агрессивности стала еще более бурной и поддерживается всеми, кто считает, что человек добр от природы, и теми, кто считает, что если изменятся социальные институты, то человек вернется к изначально присущей ему доброте и альтруистичности. Кто верит в фундаментальную доброту человека и возлагает ответственность за человеческие страдания на внешние причины, тот может воспринимать теорию влечения к смерти исключительно как помеху.

Хотя многими религиями провозглашалось, что конфликты и страдания являются неотъемлемой частью всего живого, что уменьшить страдание намного сложнее, чем обычно считается, этому, однако, противится жизнерадостность и самоуверенность людей. Фрейд полагает, что обществу кажется кощунственным включить агрессивность в человеческую конституцию. «Человек должен быть по своей природе добрым или, по крайней мере, добродушным. Если же он иногда и проявляет себя грубым, жестоким, агрессивным, то это всего лишь временные помутнения в его эмоциональной жизни, как правило, спровоцированные, или, возможно, лишь следствие нецелесообразного устройства общества, в котором он до сих пор находился» (XV, ПО). И все же благодаря новым открытиям в психологии и социологии влечение к смерти стало пониматься более широко. Деструктивность, себялюбие, зависть, жадность рассматриваются в психоанализе как качества, присущие людям, а не приписываются в целом экономическим системам. Однако вследствие этой гипотезы сферы, в которых действует влечение к смерти, становятся все более широкими, темными и чуждыми сознанию.

Страницы: 23 24 25 26 27 28 29

Смотрите также

Хаинц Гартманн и современный психоанализ
Хайнц Гартманн (1894—1970), выдающийся психоаналитик второго поколения, был одним из тех, кому выпало продолжить пионерскую работу, начатую в первые десятилетия XX века Фрейдом и его соратниками. ...

Творчество Мелани Кляйн
Разработав аналитический метод лечения маленьких детей, Мелани Кляйн создала инструмент, позволивший ей проникнуть в глубины психики и сделать новые открытия, относящиеся к раннему развитию челове ...

Творчество Вильгельма Райха и его последователей
Вне всякого сомнения, Вильгельм Райх — одна из самых неоднозначных фигур в истории психоанализа. Мы обязаны Райху тем, что терапевтическая техника психоанализа стала доступна для систематического ...