Эрнест Джонс (Jones 1953—1957) цитирует замечание Фрейда, относящееся к 1928 году, когда благодаря великодушию Мари Бонапарт Геза Рохейм получил возможность совершить экспедицию по островам Тихого океана и Австралии: «Рохейм горит желанием провести "анализ" своих первобытных туземцев, Я думаю, важнее было бы понаблюдать за сексуальной свободой и латентным периодом у детей, за признаками эдипова комплекса, возможным комплексом мужественности у примитивных женщин. Мы все же договорились, что программа будет зависеть от того, какие в конечном счете представятся возможности» (из письма Фрейда М. Бонапарт 16 января 1928 года). Очевидно, Рохейму представилась такая возможность, ибо ему и в самом деле удалось провести «психоанализ» с первобытными людьми. Интересно, что он начал проводить его не со взрослыми, а с детьми. В первую очередь он организовал игры туземных детей в соответствии со схемой детского анализа, предложенной М. Кляйн (Klein 1932), но не давал при этом интерпретации. Он дополнил скудный материал для игры детей (песок, листья, ветки и тому подобные предметы) игрушечными фигурками обезьян, коз, змей, бумажной трубой, зеркалом, водяным пистолетом, тетрадями с рисунками, бумагой и карандашами. Дети постепенно знакомились с совершенно неизвестными им доселе игрушками. В общей сложности было проведено от 20 до 24 игровых сеансов в группе в течение примерно двух месяцев. Рохейм проводил свои аналитические сеансы в непосредственном окружении детей; число участвовавших колебалось; иногда было четыре ребенка, а иногда все дети племени.

Среди своих «пациентов» он подобрал интересную группу, которой в нынешней фазе аналитических этнографических исследований по-прежнему должно придаваться большое значение в аспекте влияния аккультурации, Рохейм исследовал детей, проживавших неподалеку от миссии, и детей, живших в австралийском буше, которые очень редко контактировали с белыми людьми. Результаты позволили сделать вывод, что у детей из буша доминировал интерес к сексуальной тематике, прежде всего к коитусу. Дети, жившие рядом с миссией, говорили об этом и с помощью фигурок символически совершали желанные действия. Дети, не контактировавшие с представителями западной культуры, проигрывали свои желания с помощью тела или материала для игр, который они связывали со своим телом Рохейм рассматривал это как признак непосредственного удовлетворения либидо и незначительно выраженных тенденции к сублимации у «примитивных» детей, Обращение с непривычным игровым материалом Рохейм считал свидетельством постнатальной приспособляемости человеческой психики. После первоначальных реакций тревоги и страха дети справлялись с этими чувствами с помощью анимистического и нарциссического мышления. Как только в результате сравнения с собственным телом они обнаруживали, каким образом предметы могли бы есть и испражняться, страх исчезал. Первоначальный катексис догениталь-ным либидо заменялся фаллическим катексисом Все без исключения предметы для игр» вначале внушавшие страх, становились фаллосами.

Если подвести итог этой фазы аналитических этнографических исследовании, то становится очевидным, что в этот период речь шла не столько о развитии, распространении или техническом совершенствовании аналитических методов!

сколько о подтверждении первоначальных гипотез. В немалой мере этому способствовала разнообразная критика ведущих антропологов, возникшая сразу после появления «Тотема и табу» и достигшая кульминации в известной полемике Э. Джонса Qones 1964) с Б. Малиновски (Malinowski 1953) об универсальности эдипова комплекса.

У тробрианцев с их матрилинейным устройством общества Малиновски не смог обнаружить описанного Фрейдом эдипова комплекса. Вместо этого он выявил ряд «ядерных комплексов», которые подверглись специфическим для данной культуры модификациям.

Анне Парсонс (Muensterberger, 1969), обсуждая в теоретическом разделе вопрос об универсальности эдипова комплекса, дает объяснение различных точек зрения Джонса и Малиновски. По ее мнению, расхождение во взглядах проистекает из-за слишком узкого понимания теории влечений применительно к биологическому отцу и биологической матери. Влечения, согласно исходным представлениям Фрейда, различаются с точки зрения источника, цели и объекта. При этом объект влечения является, как правило, переменным компонентом. Если же понимать выбор объекта скорее в психосоциальном значении, то есть как интернализирован-ное представление о значимом человеке из внешнего окружения, то становится очевидным, что объекты не обязательно должны совпадать с реальными фигурами родителей. Даже Фрейд наряду с физическими родителями, которые в гражданском обществе на рубеже веков играли гораздо более заметную роль, чем сегодня, указывал на существенные влияния со стороны воспитателей.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10

Смотрите также

Очерк теории практического мышления
Мышление едино, но имеет различные виды и формы [123]. Некоторые из них изучены лучше, детальнее, например, теоретическое мышление, мышление академическое, мышление в лабораторных условиях. Это об ...

Учетная политика
Под учетной политикой хозяйствующего субъекта в соответствии с ПБУ 1/98 "Учетная политика предприятия" понимается принятая ею совокупность способов ведения бухгалтерского учета первичного ...

Организация рационального питания
Изучение радиационных воздействий на организм человека показывает, насколько опасно влияние радиации. Причем, как показали последние исследования, действия малых доз радиации на человека в большой ...