Миллет, член группы Бингера, утверждает, что в 40-е годы европейские аналитики и их американские ученики, господствовавшие в БРБ, пытались привнести в Американскую психоаналитическую ассоциацию авторитарный стиль правления, присущий Международному психоаналитическому объединению:

«К тому времени, когда Соединенные Штаты вступили в войну, сложился новый тип административной политики, в котором основную роль играло влияние европейских аналитиков и их американских учеников . Их уверенность в непоколебимом авторитете Фрейда, представителем которого являлась Международная ассоциация, укрепилась, утвердилась и выкристаллизовалась благодаря воссоединению с коллегами-иммигрантами . Европейская группа и ее ученики контролировали Американскую психоаналитическую ассоциацию, тем самым восстановив на деле . авторитарный контроль бывшей Венской группы» (Millet 1966, 558).

Точка зрения Миллета отчасти совпадает с рассуждениями К. Меннингера, который занимал должность президента БРБ в период кризиса, связанного с Хорни. В своем «президентском обращении» он говорит о том, что созданный в 1941 году «Комитет по новой конституции» внес много предложений по поводу намеченной реорганизации БРБ, нацеленных на отказ от федеративной структуры БРБ и придание ей большей исполнительной власти.

Меннингер интерпретирует диссидентские движения и противостоявшие им тенденции к ортодоксии как реакцию на чувство вины, вызванное смертью Фрейда (1939). Многие теперь чересчур рьяно отстаивали позиции Фрейда, другие стремились превзойти его в правоверии:

«Фрейд не был нашим Богом, он был нашим Моисеем Но с его смертью мы не утратили своего вождя . Принципиальность Фрейда, целостность Фрейда, честность Фрейда, но прежде всего открытия Фрейда по-прежнему остаются с нами . Добавлять нечто новое к его открытиям — это не привилегия избранных, а наш общий долг. Но это не наша обязанность и не наша привилегия — делать себе имя и "бороться за интеллектуальную свободу", во всеуслышание критикуя Фрейда, или раздувать в великое открытие свои расхождения с ним. Мы также не имеем права искажать в своей интерпретации сказанное Фрейдом, чтобы добиться видимости "ясности", "доступности" или же "приличия" и "набожности"» (Menninger 1942,296).

«Ортодоксальные» психоаналитики критиковали «поверхностную психологию», выхолащивающие и наивные тенденции неопсихоанализа (Хорни, Кардинера, Радо) как возврат к «дофрейдианскому времени». Хорни и Кардинер исходили из того, что психические расстройства в первую очередь обусловлены общественными и ситуативными факторами. Отсюда проистекал оптимистический взгляд на индивида и его способность к изменениям под воздействием ситуационно ориентированной психоаналитической терапии. Ревизионисты отвергали «биологизм влечений» и тем самым центральное значение сексуальности и агрессии для психического развития, а также силу, иррациональность и сопротивление бессознательного: «Реакция ортодоксов на этот гуманизм была резко критической. "Ревизионистов" сравнивали с Полианной, которая поворачивается спиной к темным сторонам человеческой природы. Строгие фрейдисты придерживались "жесткой линии" по отношению к человеческой природе, ревизионисты выступали за "мягкую линию"» (Yankelovich, Barrett 1970,452).

Ревизионисты не соглашались также и с психологией Я, возникшей в 30-е годы в качестве новой области психоаналитических исследований. В 1936 году вышел на немецком языке, а в 1937 был переведен на английский классический труд Анны Фрейд «Я и защитные механизмы». Вскоре после этого Гартманн сделал следующий шаг в развитии психологии защитных механизмов Я, выступив в 1937 году в Вене с докладом «11сихология >1 и проблема адаптации» (опубликован в 1939 году, переведен на английский в 1958) и опубликовав в начале 40-х годов несколько статей на английском языке. Гартманн постулировал относительную генетическую и функциональную автономию Я от влечений, обусловленную отчасти уже конституционально, и возможность его изменения через «реальность». Тем самым Гартманн обращал внимание на несводимые к влечениям и защитам аспекты контроля, адаптации и реальности. Но вместе с тем Гартманн придерживался основных положений теории Фрейда: он признавал биологическую природу влечений, присущую им конфликтность, причудливость бессознательных процессов и центральную роль психического развития ребенка (см. статью Герберта Ф. Вальдхорна в т. III).

Страницы: 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25

Смотрите также

Очерк теории практического мышления
Мышление едино, но имеет различные виды и формы [123]. Некоторые из них изучены лучше, детальнее, например, теоретическое мышление, мышление академическое, мышление в лабораторных условиях. Это об ...

Мышление профессионала-практика
Второй этап в развитии взглядов на практическое мышление был подготовлен бурным развитием психологии труда, изучением профессий, разработкой методов оптимизации трудовой деятельности. Тщательное и ...

Проблемная ситуация и процесс практического мышления
Сегодня общепризнанным стал тезис С.Л. Рубинштейна о том, что мышление едино, что его различные виды (например, практическое и теоретическое мышление) имеют общую природу, подчиняются одним и тем ...