Благодаря разделу «Проработка и психоаналитическая теория» этот труд примечателен еще и тем, что в нем обсуждаются все актуальные проблемы (начиная с вопроса о том, насколько возможен и целесообразен детский психоанализ, поставленного впервые Фрейдом в «Анализе фобии пятилетнего мальчика», 1909, и заканчивая исследованиями Г. Хуг-Хелльмут и дискуссиями, приведшими к разногласиям между Анной Фрейд и Мелани Кляйн). Эта работа позволяет также и нам определиться в своей позиции относительно новых воззрений, пришедших из Англии.

То, каким образом авторы разделяют взгляды Мелани Кляйн или от них отмежевываются, определяет особенности психоаналитической практики во Франции. Мы узнаем свою собственную позицию в их концепции о связи генитальных и доге-нитальных фантазий, а также в их подходе к ступеням организации объектных отношений, не укладывающихся ни в представления Кляйн о диахронии, ни в ее гипотезу о неизменном воспроизведении фаз. Кляйнианское манихейство заменяется более тонким процессом восприятия эротизации тела и нарциссических выгод. Развитие в рамках аналитического процесса понимается как форма интроекции «интерпретационного воздействия» аналитика.

В этих условиях интерпретации опираются на эдипов уровень в качестве рационализации глубоких страхов и тем самым делают излишним усиление проекций Сверх-Я. В результате они ведут к преобразованию бессознательных фантазий, а именно характера их драматизации, что связано с изменением притягательности, которой благодаря первичному вытеснению обладают предсознательные представления.

«Бессознательные фантазии», которые имеются в виду во многих других понятиях (желания-сновидения, галлюцинаторное исполнение желаний, интроекция и тд.) понимаются скорее как защитные механизмы, а не как репрезентанты влечений. Авторы предостерегают от смешения понятий галлюцинаций удовлетворения и галлюцинаций объекта, смешения, которое проистекает из концепции Мелани Кляйн о врожденности бессознательных фантазий, другими словами, из смешения ею фантазматических и объектных отношений.

Значение фантазии обсуждали на Международном конгрессе в Стокгольме (1954) С. Лебовичи и Р. Дяткин, на эту же тему сделал доклад и Д. Лагаш. С. Лебовичи и Р. Дяткин представляют себе онтогенез фантазии следующим образом: «Для нас бессознательная фантазия — это бессознательное поведение, которое определяется первичным процессом; она подчиняется собственным законам, одни из которых относятся к структуре речи, другие лежат за пределами этой сферы».

В том же году Ж. Лапланш и Ж. Б. Понталис опубликовали работу «Первичная фантазия, фантазии о происхождении и происхождение фантазий». П. Люке («Искусство и фантазии») различает явные фантазии, которые вызываются темой, и бессознательные, благодаря которым осуществляется работа над произведением.

Пожалуй, эту проблему можно резюмировать в форме вопросов о том, что такое бессознательная фантазия: это скрытое содержание «смешанных образований» (по Фрейду), репрезентант влечения (по С. Айзексу), репрезентант внутреннего объекта или защитный маневр? Р. Дяткин обратил внимание на осторожность при определении понятия бессознательной фантазии, что, по его мнению, является своеобразной защитой.

Страницы: 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45

Смотрите также

Последователи Фрейда
...

Управленческие процессы
Уровень развития информационного пространства начинает самым непосредственным образом влиять на экономику, деловую и общественно-политическую активность, граждан, другие стороны жизни общества. Ин ...

Организация рационального питания
Изучение радиационных воздействий на организм человека показывает, насколько опасно влияние радиации. Причем, как показали последние исследования, действия малых доз радиации на человека в большой ...