В этой фазе, предшествовавшей Первой мировой войне, ситуация в Италии не очень отличалась от ситуации в других европейских странах. При этом нельзя забывать, что только в 1907 году психоанализ благодаря связи с цюрихской школой вышел из «латентного периода» — если употребить выражение Фрейда — и начал пробуждать интерес в других европейских странах. К тому же «это изменение интереса поначалу означало не что иное, как самое бурное отвержение» (Freud, X, 65). Самое сильное сопротивление исходило из Франции, где великий Жане противился мысли, что Фрейд мог открыть нечто более важное, чем он сам.

Вследствие того, что во Франции уже имелась собственная психиатрическая школа, крупная и знаменитая, информация о психоанализе с самого начала воспринималась там с резкой и открытой враждебностью (см. статью Р. и И. Баранд). В Италии же в первом десятилетии этого века не было самостоятельной психиатрической школы, если не считать теории Ломброзо, влияние которого уже сходило на нет. Тем не менее теории Ломброзо придали органицистическим тенденциям итальянской психиатрии определенную форму. Вскоре остатки ломброзианского мышления были вытеснены органической теорией Крепелина, которая, как уже говорилось, утверждалась в Италии. Таким образом, ознакомительная фаза развития психоанализа полностью совпала с фазой усиления органицистического мышления и натолкнулась на все более решительную враждебность со стороны психиатров.

Психологи же, напротив, не имели в качестве исходного базиса столь жесткой ограниченной научной концепции, как органическая теория, и поэтому могли встретить психоанализ с другой, более открытой установкой. Этим объясняется тот факт, что психолог Барончини смог так рано написать первую в Италии информационную статью о психоанализе, которая к тому же была На удивление верной. Обе статьи психиатра Модены, как уже говорилось, не были столь точными и четкими. Но как же случилось, что Модена первый и единственный среди своих коллег так рано узнал о существовании психоанализа? Он приехал в 1908 году в Мюнхен, чтобы там пройти специализацию в клинике Крепелина, и написал обе статьи о психоанализе по возвращении. В Мюнхене он познакомился с Эрнестом Джонсом, который тоже специализировался в клинике Крепелина. Однако Эрнест Джонс, несмотря на свой интерес к Крепе-лину, ничуть не сомневался в будущем психоанализа и заразил своим энтузиазмом Мо-дену. Джонс и Модена оставались в дружеских отношениях и в течение долгих лет переписывались. Фрейд, с которым Джонс вступил в контакт годом позже, разумеется, читал статьи Модены и выразил Джонсу по этому поводу свое большое удовлетворение. Тем самым Модена получил возможность ближе познакомиться с психоанализом и самим Фрейдом; и все же психиатрическая подготовка и, вероятно, личная предрасположенность к конформизму постепенно одерживали верх. В 1923 году, то есть в то время, когда тон уже задавал фашистский национализм, на одном из конгрессов он подверг психоанализ резкой критике и обвинял его в «пансексуализме» и недостаточном органическом обосновании.

За Барончини и Моденой, разумеется, последовали другие, которые тем или иным образом во многом способствовали в этот период знакомству с психоанализом. Среди них особенно следует выделить Р. Дж. Асаджиоли и С. де Санктиса. Как верно заметил Давид, Асаджиоли был «первым в Италии, кто ввел фрейдовские термины и представления, причем в безусловно позитивном контексте, в неспециализированные культурологические журналы и в журналы общемедицинского профиля» (David 1966, 151). Асаджиоли был связан с группой молодых литераторов, издававших во Флоренции известный журнал «La Voce». Для февральского номера 1910 года он написал статью о теории Фрейда, которая основывалась на появившихся в 1905 году «Трех очерках о теории сексуальности» (Assagioli 1910). Вслед за этим, в марте 1910 года, он отправился в Нюрнберг и принял там участие в конгрессе психоаналитиков, на котором было основано Международное психоаналитическое объединение, президентом его стал К. Г. Юнг. Асаджиоли вернулся домой воодушевленным. В ноябре под эгидой журнала «La Voce» был проведен «съезд по вопросу о сексуальности», в котором, разумеется, принял участие и Асаджиоли. Он прочел доклад, представлявший собой практически неизмененный вариант февральской статьи. Пожалуй, небезынтересно будет узнать, что по завершении выступления, которое было встречено бурными аплодисментами, встал один журналист, чтобы выступить с критикой. «Эти теории, — сказал он, — есть не что иное, как позитивизм в завуалированной и усложненной форме» (David 1966). В дальнейшем на протяжении трех лет Асаджиоли издавал психологический журнал «Псюхе — обзор психологических исследований», в котором, правда, касался психоанализа лишь изредка и весьма амбивалентным образом. После 1912 года Асаджиоли все больше отходил от психоанализа и разработал собственную теорию, для которой придумал антитетическое выражение «психосинтез».

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10

Смотрите также

Психоанализ в Восточной Европе
Изначально понятие «Восточная Европа» использовалось как чисто географическое наименование. К нему относили местность и государства восточный части Польши, европейскую Россию и Украину, Прибалтику ...

Учетная политика
Под учетной политикой хозяйствующего субъекта в соответствии с ПБУ 1/98 "Учетная политика предприятия" понимается принятая ею совокупность способов ведения бухгалтерского учета первичного ...

Очерк теории практического мышления
Мышление едино, но имеет различные виды и формы [123]. Некоторые из них изучены лучше, детальнее, например, теоретическое мышление, мышление академическое, мышление в лабораторных условиях. Это об ...