Санте де Санктис, известный итальянский психиатр, первоначально был экспериментальным психологом с медицинским образованием, возглавлявшим кафедру экспериментальной психологии в Римском университете. С течением времени он обратился к психиатрии и в конце концов полностью посвятил себя ей в качестве руководителя кафедры психоневрологии в Риме. Тем не менее он получил не только общемедицинское и психиатрическое, но и психологическое образование. В 1899 году он опубликовал работу о снах, «I sogni», которую Фрейд упомянул в статье «О сновидении» (II/III, 255): «Тому, кто всерьез интересуется литературой о сновидениях, следует указать на книгу Санте де Санктиса "I sogni", Торино, 1899». Во всяком случае, де Санктис лишь гораздо позже, вероятно, благодаря прочтению английского перевода А. А. Брилла (1913), познакомился с «Толкованием сновидений», и эта книга не оставила у него приятного впечатления. Де Санктис выступил против нее с довольно резкой критикой, не только ставя под сомнение объяснения Фрейда (и даже назвав их «невозможными»), но и оспаривая приоритет Фрейда в формулировке «логики сновидения», которую открыли другие, «а среди них, еще до него, и я» (De Sanctis 1914). И все же, несмотря на этот личный вопрос или, лучше сказать, вопреки ему, де Санктис долгое время сохранял по отношению к психоанализу позицию спокойной и благожелательной отстраненности; он принимал его как серьезную, хотя и спорную, попытку, заключающую в себе ряд истин. Эта эклектическая позиция, в отличие от позиции Жане, по-видимому, свидетельствовала об уверенности в себе, которая может позволить иметь другому отличное мнение, по меньшей мере в определенных границах. В собственных глазах и в глазах многих других позиция де Санктиса могла казаться объективной. Но, как мы знаем, эклектицизм зачастую служит сохранению состояния фрагментации, и поэтому его не всегда можно приравнять к объективности; последняя, скорее, связана с интеграцией. Тем не менее нельзя отрицать, что авторитет де Санктиса в психиатрическом мире и его спокойная эклектическая позиция во многом способствовали распространению информации о психоанализе. Вопреки растущему влиянию Крепелина, в 1913 году, например, было решено, что один из докладов на запланированном на 1914 год конгрессе по душевным болезням должен был быть посвящен психоанализу. К сожалению, этому помешала разразившаяся Первая мировая война. Когда после долгого перерыва, вызванного годами войны, эти же вопросы вновь были поставлены на обсуждение, ситуация кардинально изменилась. Все выглядело так, как будто враждебно настроенные к психоанализу силы, оценившие мощь противника благодаря распространению информации в предвоенные годы, консолидировались и вооружились в темные годы войны. Католическая церковь, фашизм, философы-идеалисты и психоневрологи по разным и даже противоположным причинам объединились, чтобы воспрепятствовать становлению психоанализа в Италии.

Против столь многочисленных, решительных и готовых к борьбе врагов итальянский психоанализ послевоенного времени нашел поддержку только у двух человек, которые оба были психиатрами: у жившего в Нижней Носере, провинциальном городке близ Неаполя, Марко Леви-Бьянчини и у Эдуардо Вейсса из Триеста. Кроме психиатрического образования, эти люди не имели между собой абсолютно ничего общего. Да и сам психоанализ представлял для каждого из них столь разное, что между ними нельзя было проложить никакого моста. Для Эдуардо Вейсса психоанализ вскоре стал реальной целью жизни, за который он до конца своих дней выступал убежденно, твердо, действенно и конструктивно. Для Леви-Бьянчини, напротив, психоанализ был и оставался своего рода романтическим идеалом, именем которого можно было вести идейные сражения. Он видел в нем своего рода вероучение, проповедовать и отстаивать которое он считал себя призванным. Он никогда по-настоящему не понимал психоанализ, но постоянно говорил и писал о нем, причем, как правило, напыщенно, риторически и невразумительно. Поэтому неудивительно, что его статьи порой провоцировали негативные реакции у бесчисленных противников психоанализа, что не шло на пользу делу, за распространение которого он выступал. Леви-Бьянчини, который вышел из школы Ломброзо (в 1899 году он защитил степень доктора в Падуе), необычайно много прочел; количество его критических статей или опубликованной под его именем критики доходит до тысячи. Это бесчисленное множество обсуждений и их качество позволяют заключить, что он скорее проглатывал книги, нежели их читал, и что он никогда не мог по-настоящему усвоить прочитанное. В 1909 году он был уже знаком с фрейдовскими представлениями об истерии, а в 1913 опубликовывал статью «Psicoanalisi e Isterismo» («Психоанализ и истерия»). В 1914 году он переехал в Неаполь и стал директором психиатрической больницы в Нижней Носере. Он прожил в этом городе до самой смерти 21 августа 1961 года в восьмидесятишестилетнем возрасте.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

Смотрите также

Психотерапия (поведенческая психотерапия)
Психотерапия - это наука о влиянии слова на психику, а через нее на весь организм человека с целью сохранения и восстановления здоровья. Инструментом влияния является язык врача. Применение психотера ...

Творчество Вильгельма Райха и его последователей
Вне всякого сомнения, Вильгельм Райх — одна из самых неоднозначных фигур в истории психоанализа. Мы обязаны Райху тем, что терапевтическая техника психоанализа стала доступна для систематического ...

Психоанализ в Восточной Европе
Изначально понятие «Восточная Европа» использовалось как чисто географическое наименование. К нему относили местность и государства восточный части Польши, европейскую Россию и Украину, Прибалтику ...