В том, что вопреки формальному роспуску объединения, идеологической критике, экономическим репрессиям и порой даже угрозе для жизни сохранилась непрерывность аналитической теории и практики, заслуга принадлежит прежде всего Гер-манну. По иронии судьбы именно понятие непрерывности приобрело в трудах Германна особое значение.

Если Ференци, прожившего короткую жизнь, можно сравнить с метеором (почти все его работы имеют характер бегло изложенных представлений), то Германн в своем библейском возрасте — в декабре 1974 года он отмечал 85-летие — являет собой тип ученого-затворника.

Исходным пунктом теории Германна была экспериментальная психология (он считает себя таюке учеником Г. Ревеша, психолога-теоретика); от исследования интеллекта с позиций В. Штерна он пришел к анализу качественных различий мыслительных процессов: на примитивной ступени мышления преобладает край, на более высоком уровне — середина; аналогичным образом строится из остатков дня и инфантильных переживаний сновидение, а патологический симптом — из первой и последней части травматическою переживания. Тем самым Германн одним из первых попытался проложить мост от психоанализа к общей психологии. Он старался также прояснить проблему интеллекта с помощью психоанализа и ввел здесь понятие «глубокой мысли» в качестве нового акта понимания, который происходит, когда новое содержание восприятия соединяется с нашими прежними мыслительными содержаниями и возникает новая внутренняя гармония. Он указывает также на типичный для наиболее глубоких мыслей магический характер их содержания, поскольку они проистекают из примитивного сознания. Таким образом, он ставит новые цели тестирования интеллекта и отмечает важные корреляции между интеллектом, с одной стороны, и эмпатией, интуицией, переносом объектных отношений — с другой.

Одним из важнейших достижений Германна является доказательство непрерывности в системе психических процессов, тогда как экспериментальная психология разбивает психические феномены на отдельные части, пренебрегая смысловым содержанием и соотношением этих частей. В своей концепции непрерывности Германн пытается проследить именно такие непосредственные связи. В исследовании связей между механизмами проекции у паранойяльных больных и восприятием запаха и тепла он указывает наряду с каузальными динамическими связями также и на конгруэнтные отношения, например мыслительных образований и модальности органов чувств. Воспринимаемый объект в обоих случаях отделим от субъекта лишь частично (распространяющий запах объект по отношению к ощутимым изменениям внешнего органа обоняния; внешнее тепло и телесное ощущение). Паранойяльный больной регрессирует в основном на эту ступень переживания. Проницаемость границ между субъектом и объектом, внутренним и внешним, характерна также и для магического мышления, от которого обсессивный больной защищается с помощью изоляции и разграничения.

Последовательное применение принципа непрерывности привело Германна, с одной стороны, к изучению наблюдений зоопсихологов, с другой стороны, к дальнейшему расширению аналитической теории влечений. В 1936 году он разработал теорию о роли хватательного и поискового влечения и благодаря наблюдениям над животными обогатил фрейдовскую теорию влечений новыми компонентами. Первое сообщение об этой идее появилось еще в 1924 году под названием «Явления ручной эротики в младенческом возрасте, ее происхождение (цепляние за мать) и связь с оральной эротикой».

В теории влечений Германн выделяет еще два парциальных влечения: влечение цепляться и противоположное ему влечение отправляться на поиски. Влечение цепляться, жизненно важное у детенышей обезьян, у людей отходит на задний план из-за отсутствия волосяного покрова; тем не менее оно сохраняется в динамическом смысле среди прочих парциальных влечений и проявляется при патологической регрессии. Целью противоположного ему влечения, поиска, первоначально являлся объект влечения цепляться. Прятанье выступает в качестве его защитного механизма. Агрессия понимается как усиление цеплянья, нежная любовь — как смягчение; страх имеет значение возврата влечения цепляться, а Сверх-Я — «удерживающего органа», катектированного регрессивной тенденцией цепляться. Здесь проявляются зачатки биологического симбиоза матери и ребенка на ступени первичного нарциссизма.

Страницы: 5 6 7 8 9 10 11 12

Смотрите также

Психоаналитическая концепция мазохизма со времен Фрейда: превращение и идентичность
Проблема мазохизма, рассматриваемая с позиции психоаналитической теории, излагается в данной статье в двух разделах. Вначале будет представлена фрейдовская концепция, разработанная в рамках первой ...

Проблемная ситуация и процесс практического мышления
Сегодня общепризнанным стал тезис С.Л. Рубинштейна о том, что мышление едино, что его различные виды (например, практическое и теоретическое мышление) имеют общую природу, подчиняются одним и тем ...

Очерк теории практического мышления
Мышление едино, но имеет различные виды и формы [123]. Некоторые из них изучены лучше, детальнее, например, теоретическое мышление, мышление академическое, мышление в лабораторных условиях. Это об ...