Анна Фрейд, будучи педагогом аналитического направления, также оказалась в этом ряду венских аналитиков. Хотя Термина Хуг-Хельмут умерла только в 1924 году, она не участвовала в обучении Анны Фрейд. Анна знала ее труды, но из-за отсутствия формальных принципов обучения у них не было отношений, которые существуют между учеником и учителем. В новой области — детском психоанализе — каждый поначалу работал сам по себе и пытался самостоятельно найти ответ на огромное число возникавших вопросов. Именно поэтому Анна Фрейд работала совершенно независимо от Хуг-Хельмут.

С 25 по 27 сентября 1922 года в Берлине состоялся Международный психоаналитический конгресс. Здесь Анна и Лу Андреас-Саломе снова встретились. Этот конгресс имел для Анны Фрейд большое значение, поскольку он был последним, в котором лично участвовал ее отец. На последующих конгрессах дочери приходилось вместо отца отстаивать его идеи.

Заболевание Фрейда во многом повлияло на отношения отца с дочерью. Если и раньше они испытывали друг к другу глубокую привязанность, то теперь неизбежно добавились и внешние обязательства. Анна взяла на себя все обязанности, связанные с уходом за отцом, и поддерживала его до конца его жизни. Об этом аспекте их отношений ярко повествует Джон: «С самого начала болезни и до самой смерти Фрейд не решался иметь вместо своей дочери Анны другую сиделку. Он сразу заключил с ней пакт о том, что нельзя демонстрировать никаких чувств; все должно обсуждаться по-деловому без эмоционального участия, как это принято у хирургов, -эта позиция, ее твердость и мужество помогали ей даже в самых трудных ситуациях не нарушать соглашения (Jones, нем. изд., III, 120).

Анна становится сиделкой у своего отца, но и две другие женщины, жившие в доме Фрейда, его супруга и его свояченица, Минна, тоже о нем заботились. «Окруженный и опекаемый тремя нежными женщинами, я не могу позволить себе сокрушаться и имею хороший повод упражнять необходимое самообладание» (Schur 1972, нем. изд., 452). Тем не менее ни жена Фрейда, от которой в первую очередь следовало бы этого ожидать, ни его свояченица, многие годы сопровождавшая его в путешествиях, не свыклись с ролью сиделки так, как его дочь Анна

Да и для самого Фрейда привязанность к дочери с годами становилась все более очевидной. Как-то он даже сравнил заботу Анны и свою зависимость от нее с чем-то демоническим и фатальным: «Разумеется, я все больше завишу от заботы Анны, почти по Мефистофелю, который однажды сказал:

"В конце все мы зависим от созданий,

Сотворенных нами".

Во всяком случае, сотворив ее, я поступил весьма мудро» (Freud/Andreas-Salomй 1966, 226).

Показательно, что, говоря о роли своей дочери, Фрейд часто обращался к образу Антигоны из греческой мифологии. Еще в 1928 году он пишет Ференци: «Сердечный привет . в том числе и от моей верной Антигоны — Анны» (Freud 1968, 397). То, что имел Фрейд в виду, называя свою дочь Антигоной, он объяснил в 1934 году в письме Арнольду Цвейгу: «Однако Вы не могли не заметить, что судьба в возмещение некоторой несправедливости дала мне дочь, которая при трагических обстоятельствах не уступила бы и Антигоне» (Freud/Zweig 1968, 77).

По мере ухудшения самочувствия отца Анне все чаще приходилось выполнять его функции. Теперь Анна по поручению отца сообщала о его работах внешнему миру. Когда Фрейд заболел, он уже больше не мог принимать участие в международных психоаналитических конгрессах. Сама Анна после этого события только в 1925 году снова участвовала в конгрессе, состоявшемся в Бад Хомбурге. Фрейд поручил своей дочери, как это нередко случалось и в дальнейшем, прочесть там написанную им работу.

В этом смысле особое значение имела поездка Анны Фрейд в 19 30 году во франк-фурт-на-Майне, чтобы получить за отца присужденную ему премию Гёте. На мой взгляд, больше всего характеризует роль Анны как представителя своего отца эпизод, связанный со смертью матери Фрейда в том же 1930 году. Хотя Фрейд был необычайно привязан к матери, он послал на похороны свою дочь.

Многочисленные обязанности Анны, заключавшиеся в помощи своему отцу, описывает Джонс: «Анна в характерной для нее недемонстративной манере играла многие роли: сиделки, "личного" врача, общественного деятеля, секретаря, коллеги и, в конце концов, щита от проникновения внешнего мира» (Jones, нем. изд. III, 176).

В Венском психоаналитическом объединении Анна также все больше сживается с ролью представителя своего отца.

Необычайно большое значение имеет избрание Анны в 1933 году вторым заместителем председателя Венского психоаналитического объединения. Наряду с другими мотивами решающим, возможно, явилось желание Фрейда с помощью дочери сохранить ведущие позиции в объединении. Ведь после заболевания он лишь однажды принял участие в заседании общества (это было заседание, посвященное памяти Карла Абрахама), но вплоть до его ликвидации национал-социалистами оставался его председателем. То, что дочь занимала здесь должность, давало возможность отцу по-прежнему влиять на работу объединения и ее контролировать.

Страницы: 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12

Смотрите также

Фрейдовские соратники
Наряду с очерками о личности и творчестве Фрейда мы решили рассказать также о двух, пожалуй, наиболее выдающихся фрейдовских учениках: Карле Абрахаме и Шандоре Ференци. Невозможно даже просто сос ...

Творчество Мелани Кляйн
Разработав аналитический метод лечения маленьких детей, Мелани Кляйн создала инструмент, позволивший ей проникнуть в глубины психики и сделать новые открытия, относящиеся к раннему развитию челове ...

Психоаналитическая концепция мазохизма со времен Фрейда: превращение и идентичность
Проблема мазохизма, рассматриваемая с позиции психоаналитической теории, излагается в данной статье в двух разделах. Вначале будет представлена фрейдовская концепция, разработанная в рамках первой ...