Примерно с четвертого Месяца жизни у младенца происходит новое изменение, которое легко может увидеть и посторонний наблюдатель.

Психически и эмоционально ребенок выглядит гораздо более интегрированным и более доступным. Он научился целенаправленно использовать свое зрение; при поддержке взрослого он может даже вертикально сидеть, а его органы чувств стали гораздо более координированными, благодаря чему у него возникает совершенно иная картина мира.

Раньше ребенок воспринимал грудь, руки, туловище и глаза своей матери по отдельности; теперь он начинает устанавливать между ними взаимосвязь и воспринимает мать как целостного человека.

Вместе с внутренним изменением менее резким становится также разделение на идеальную и угрожающую или преследующую грудь. Постепенно под воздействием позитивных впечатлений ребенок узнает, что хорошая и плохая грудь — это одно и то же. А поскольку он воспринимает мать как нечто большее, чем просто грудь, по мере усиливающейся интеграции обеих полярностей («хорошо» и «плохо»), он может также понять, что ненавистная, вызывающая страх и преследующая мать идентична любимой и приносящей удовлетворение матери.

Это интеграция объекта происходит параллельно с интеграцией Я, о которой я уже говорила. Благодаря интернализации своего идеального объекта и одновременной идентификации с ним Я все более ощущает себя способным выносить чувство страха, не обращаясь слишком часто и чрезмерно к дезинтегрирующим механизмам.

Если ребенок может полагаться на хорошие качества объекта, то он может также легче выносить возникающие внутри него плохие чувства и болезненные ощущения, не будучи обязанным тут же проецировать их вовне. И наоборот, из-за того что потребность в проекции становится менее выраженной, внешние объекты скорее начинают восприниматься как хорошие и интроецируются в таком виде. Одновременно благодаря возросшей способности Я сохранять чувства ему уже не требуется постоянно прибегать к расщеплению.

Это всеобъемлющая тенденция к интеграции, которая становится возможной только благодаря переработке чувств страха в предыдущей позиции, ведет к значительному качественному изменению чувств, страхов и отношений младенца.

Благодаря признанию матери как целостного человека меняется, разумеется, и отношение к ней; ребенок осознает, что она является источником как фрустрации, так и удовлетворения.

В ходе развития наряду с созреванием органов чувств и интеграцией Я расширяется также и память. Младенец может вспоминать различные части матери, и благодаря этому ему, разумеется, становится проще связывать эти части между собой. В результате он может вспоминать и узнавать мать. И, наконец, если он злится на мать, то может вспомнить, что это та же самая мать, которая его удовлетворяет, и наоборот.

В тот момент, когда ребенок понимает, что его мать — это не только грудь, но и целостный человек, он также осознает, что ее жизнь является отдельной от его собственной.

Как я уже отмечала в разделе, посвященном паранойяльно-шизоидной позиции, младенец воспринимает хорошие или плохие отношения со своим объектом непосредственно: объект и младенец слиты, они составляют единое целое. Поэтому не существует также и сознания времени — ни воспоминания о прошлом, ни ожидания будущего. Младенцу все кажется «настоящим». Постепенно, по мере развития памяти, он начинает понимать, что любимая мать — та же самая, что и ненавистная, и что она является не зависящим от его чувств к ней, отдельным от него, совершенно другим человеком. Одновременно он осознает свою полную физическую и эмоциональную зависимость от нее. С осознанием всех этих факторов, обособленности от матери, того, что она является отдельным человеком и что он от нее зависит, а также с формированием понятия времени младенец осознает, что между внешней и внутренней реальностью существует различие.

В соответствии с восприятием своих импульсов и чувств по отношению к объекту ребенок начинает проверять действительность, то есть он пытается выяснить, согласуется ли то, что он переживает и ожидает в своей фантазии, с тем, что фактически происходит вне его самого. Разумеется, проверка реальности в своей первоначальной форме существовала уже и раньше, например, в вопросе о хорошем и плохом. Но теперь эта функция приобретает особое значение: она служит разграничению внешней и внутренней психической реальности, то есть собственных чувств. Ребенок начинает меньше использовать свои проекции и благодаря этому приобретает способность проводить различие между тем, что он чувствует по отношению к объекту, и тем, что объект являет собой во внешней реальности, и как он ведет себя по отношению к нему. В результате ребенок получает возможность больше доверять силе и способностям объекта и, поскольку этот объект доказал свою способность сопротивляться, интроецировать его для усиления собственного Я.

Страницы: 1 2 3 4 5 6

Смотрите также

Методический инструментарий для учебных занятий по анализу конфликтов и ведению переговоров
Будьте самоучками - не ждите, чтобы вас научила жизнь. Станислав Ежи Лец Особенности психологического экспериментирования, при котором предметом моделирования и изучения является конфликт, состоят ...

Управленческие процессы
Уровень развития информационного пространства начинает самым непосредственным образом влиять на экономику, деловую и общественно-политическую активность, граждан, другие стороны жизни общества. Ин ...

Психотерапия (поведенческая психотерапия)
Психотерапия - это наука о влиянии слова на психику, а через нее на весь организм человека с целью сохранения и восстановления здоровья. Инструментом влияния является язык врача. Применение психотера ...