Балинт намеренно выбрал слова «окнофилия» и «филобатизм», «так как каждое содержит корень "фил", что означает "любовь"». С одной стороны, потому, что «окнофилия и филобатизм . не представляют собой полного противоречия» — они являются

вторичными формами, как садизм и мазохизм, то есть реакциями на перенесенную фрустрацию (там же, 74), — ас другой стороны, потому, что «оба они проистекают из состояния первичной любви» (там же, 73).

На первый взгляд установки окнофила и филобата составляют полную противоположность, однако они являются всего лишь разными ответами на травматическое переживание того, что объекты отделены и независимы от нас и могут отказать нам в поддержке или бросить на произвол судьбы. Однако ни благодаря цеплянию за объекты, ни благодаря кажущейся независимости от них — кажущейся потому, что филобат в своих дружественных пространствах также нацелен на объекты, на свое «оснащение», свой «реквизит», в котором «легко распознать символическую замену надежного дома, матери, с одной стороны, могущественного фаллоса — с АРУг°й>> (там же, 47) — нельзя восстановить первоначального «гармоничного скрещения».

Своим цеплянием окнофил выдает, что при всем отрицании реальности он, в сущности, знает, что между ним и его объектом не существует доверительных, основанных на взаимности отношений, в которых он мог бы почувствовать себя уверенным.

Также и филобату не приходилось бы постоянно совершенствовать свои навыки и все время покидать зону собственной безопасности и подвергать себя риску лишь для того, чтобы убедиться в своих дружественных пространствах, если бы он был уверен в этих дружественных пространствах, если бы он находился с ними в ненарушенной гармонии.

«Окнофил подходит к этой неразрешимой проблеме (ощущать себя в безопасности) в основном двумя различными способами. В обоих используется логическое мышление. Один метод заключается в том, что окнофил проецирует себя на объект и необоснованно утверждает, что настолько же будет чувствовать себя в безопасности, насколько сможет держаться за свой объект. Второй и, пожалуй, несколько более поздний метод заключается в том, что окнофил интроецирует свой объект и в результате этого магического самообмана внушает себе, что его объект не сможет теперь никогда его больше покинуть, поскольку находится в нем» (там же, 66).

«Регрессия окнофила с помощью магии, то есть посредством воображаемой гармонии . делает его способным лишь в фантазии . регрессировать в желанную ситуацию. Филобатическая прогрессия ради регрессии хотя и требует приобретения надежных навыков (благодаря никогда не ослабевающим усилиям и самокритике), она делает филобата способным регрессировать к этому раннему состоянию гармоничной идентичности не только в фантазии, но и (до определенной степени) в реальности» (там же, 72), способным «воссоздать разрушенную гармонию между собой и миром» (там же, 73).

На первый взгляд установка окнофила кажется гораздо более примитивной, чем установка филобата, но если посмотреть, с какой легкостью окнофил, как и филобат, в собственных интересах оставляют использованные ими объекты, которые находились рядом, когда были нужны, и которые любят только тогда, когда ими можно воспользоваться, и ненавидят, когда те пытаются оказать сопротивление, то становится очевидным, что обе эти установки в равной степени примитивны.

Представление филобата о том, «что он в достаточной мере ловок, чтобы справиться со всеми инцидентами и опасностями» и что «мир не будет противится его завоеванию, то есть не будет на него "обижаться"» (там же, 69), свидетельствует, Кроме того, о прямо-таки «преступном» легкомыслии и доверчивости, которую нельзя путать с доверием. Ибо ни филобат, ни окнофил не знают доверия, об этом говорит хотя бы их амбивалентное отношение к объектам и отрицание ими реальности, Которую иным способом они выносить, пожалуй, не могут.

Окнофил, как и филобат, — это больные, в глубине души одинокие люди, однако в вышеописанной крайней форме они встречаются не так часто. «Обычное их клиническое проявление — это смешение того и другого, — пишет Балинт, — и, как при садизме и мазохизме, вопрос о том, какая из двух позиций, окнофилия или филобатизм, является более здоровой, не имеет смысла . Ответ ясен: обе позиции в той или иной мере являются патологическими. Очевидно, что здоровье зависит не от компонентов в этой смеси, а от их сочетания в благоприятных пропорциях» (там же, 74).

«Можно представить себе идеального человека, которому не нужно отказываться от своего стремления к единству и гармонии своих раннедетских переживаний и который, тем не менее, может рассматривать объекты как благонамеренные и вместе с тем независимые, которому не нужно отнимать их свободу, цепляясь за них или низводя в ранг "предмета снаряжения"» (там же, 35).

Взрослый человек, который в детстве не был слишком рано вырван из основанной на взаимности первичной любви к объекту, из единства мать-дитя, и сумевший постепенно превратить ощущение своей безопасности в способность доверительно оставлять свой объект, то есть ставший независимым, должен уметь также уважать независимость своих объектов любви и считаться с их собственными интересами. Так, например, Джейн ван Лавик-Гуделл (van Lawick-Goodall 1971) подчеркивает, что ее сын «необычайно независим . и учитывает интересы других».

Страницы: 1 2 3 4

Смотрите также

Творчество Вильгельма Райха и его последователей
Вне всякого сомнения, Вильгельм Райх — одна из самых неоднозначных фигур в истории психоанализа. Мы обязаны Райху тем, что терапевтическая техника психоанализа стала доступна для систематического ...

Мышление профессионала-практика
Второй этап в развитии взглядов на практическое мышление был подготовлен бурным развитием психологии труда, изучением профессий, разработкой методов оптимизации трудовой деятельности. Тщательное и ...

Творчество Мелани Кляйн
Разработав аналитический метод лечения маленьких детей, Мелани Кляйн создала инструмент, позволивший ей проникнуть в глубины психики и сделать новые открытия, относящиеся к раннему развитию челове ...