Как же помочь поистине «подозрительному» пациенту научиться в психоаналитической ситуации «отдаваться любви, наслаждению без страха и "простодушно", если такого опыта, возможно, у него не было с самого раннего детства?

Балинт считает: если пациент при переносе повторяет или отыгрывает свою травматическую ситуацию, аналитик должен «справляться со своим контрпереносом», то есть не отвечать реакцией на действия пациента, чтобы в конечном счете суметь ему показать, «где, когда и какими средствами он защищается от самоотверженной любви или ненависти. Следовательно, в этот период работы, как правило, вначале происходит повторение, а затем воспоминание» (там же, 168). Однако с воспоминанием «почти никогда» не связано изменение в поведении пациента. Аналитик теперь должен «указать на то, что когда-то, возможно, бывшие рациональными формы поведения сегодня уже являются иррациональными; с того времени пациент вырос, сегодня он может вынести намного больше, чем раньше; но и реальная ситуация тоже является другой: тогда ему противостояли могущественные взрослые, которые с его помощью изживали свое бессознательное, сегодня он работает с аналитиком, который не пытается что-либо изживать.

Словом: сегодня он может сам определять меру возбуждения, которую может вынести. Самое важное то, что степень возбуждения, которую можно вынести, напряжения, фактически определяется самим пациентом» (там же, 169). Однако Для аналитика это означает не просто «пассивное ожидание» и «толкование», речь всегда идет о том, «чтобы подвергнуть пациента, разумеется, с его согласия, определенному напряжению . Если форма и степень этого сознательно вызываемого напряжения, а также момент выбраны правильно», «обычно возникают вспышки сильного аффекта» и, «как правило, появляются ранее недоступные фрагменты воспоминаний . Однако это является лишь частью успеха. Столь же важны реакции, следующие в направлении, которое я называю новым началом», то есть «изменения в поведении, точнее, в либидинозной экономике пациента». Чтобы начать сначала, пациент должен отказаться от многих условий, которые, как он теперь знает, «в сущности, были нужны лишь для того, чтобы защитить его от самоотдачи, от этого слишком сильного для него возбуждения». Начать сначала — означает научиться любить по-новому, «простодушно, безусловно», как «могут любить лишь здоровые дети». И поведение пациента в фазах нового начала, естественно, всегда является детским. Например, Балинт рассказывает, как одна пациентка хотела, чтобы он «протянул ей палец, который она, словно грудной ребенок, обхватила всей рукой» (там же, 170). Поведение этой пациентки делает очевидным, что «ребенок в пациенте» отнюдь не направлен на самого себя, то есть не начинает любить аутоэротически. В работе 1934 года «Конечная цель психоаналитического лечения» (опубликована в 1935 году) Балинт отмечает, что «важной особенностью этих вновь начатых доставляющих удовольствие действий» является то, что все они «без исключения направлены на объект» (там же, 195). Балинт пишет, что прошло какое-то время, прежде чем он обратил внимание на этот факт, поскольку все явления, связанные с новым началом, «обнаруживают себя только в последней фазе лечения, и, к сожалению, нередко в силу практических соображений анализ приходилось прерывать еще до достижения этой фазы» (там же).

Понимание и признание «первоначальных», «примитивных объектных отношений» привело Балинта к выводу, «что все это неправильное развитие, которому мы даем общее название "вытесненное", исходно определялось внешним воздействием. Это значит, что не бывает вытеснения без реальности, без объектных отношений». Балинт отмечает заслугу Ференци, который «в годы так называемого Эго-пси-хологического направления, исследования психических структур, неустанно подчеркивал важность внешних факторов» (там же, 198).

«Человек становится больным, потому что с самого детства окружающие люди относились к нему бездушно» (там же, 200). Он может стать здоровым лишь благодаря чуткому и любящему окружению, то есть благодаря объектным отношениям в рамках психоаналитической ситуации. «Самым важным . здесь является то, что аналитик замечает робкие, зачастую лишь едва обозначенные попытки нового начала объектных отношений и делает все для того, чтобы их не спугнуть»; он никогда не забывает, «что зачатки объектного либидо . можно развить только тактичным, в подлинном смысле слова «обходительным» поведением объекта. Также и в дальнейшем к вновь начатым отношениям необходимо относиться бережно, чтобы они нашли путь к реальности, к активной любви» (там же).

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7

Смотрите также

Творчество Вильгельма Райха и его последователей
Вне всякого сомнения, Вильгельм Райх — одна из самых неоднозначных фигур в истории психоанализа. Мы обязаны Райху тем, что терапевтическая техника психоанализа стала доступна для систематического ...

Методический инструментарий для учебных занятий по анализу конфликтов и ведению переговоров
Будьте самоучками - не ждите, чтобы вас научила жизнь. Станислав Ежи Лец Особенности психологического экспериментирования, при котором предметом моделирования и изучения является конфликт, состоят ...

Хаинц Гартманн и современный психоанализ
Хайнц Гартманн (1894—1970), выдающийся психоаналитик второго поколения, был одним из тех, кому выпало продолжить пионерскую работу, начатую в первые десятилетия XX века Фрейдом и его соратниками. ...