Эриксон особо подчеркивает, насколько важна на каждой стадии психосексуального развития «взаимность» в рудиментарных интеракциях между маленьким ребенком и обществом, в котором он живет. Ибо даже в самые первые месяцы жизни на исполнение матерью ребенка своих функций влияет то, что считается правильным в обществе (см. статью П. Орбана в т. I).

На второй важной стадии психосексуального развития, в анальной фазе, типичный для оральной фазы модус поглощения сменяется двумя модусами — элиминирующим и ретентивным. В этой фазе ребенок осознает свою способность контролировать мускулатуру собственного тела, включая мускулатуру ануса и уретры. В большинстве индустриальных обществ он также осознает требование родителей контролировать телесные функции, прежде всего функции выделения. Таким образом, ребенок большую часть дня занимается удерживанием или отбрасыванием вещей (и фекалий). Вопрос о том, кто контролирует его тело, становится центральной проблемой и является определяющим для развития у ребенка чувства автономии. Отсутствие этого чувства порождает постоянную склонность к стыду и сомнению. В таком случае индивид никогда не бывает уверен в полной своей ответственности за самого себя и сомневается, сможет ли вынести оценку себя другими.

Обычно к концу третьего года жизни ребенок становится способным активно передвигаться. Развитие моторных способностей доставляет ему удовольствие и расширяет пространство его активности. Отныне для чувства жизни ребенка большую роль играют речь и фантазия. Перемещаясь во все более обширных пространствах и расширяя социальные сферы, он, словно агрессор, начинает проникать в них своим телом. Он проникает в эти сферы благодаря своему голосу, своему любопытству и завоевывает пространство телом. Этот модус проникновения характерен для генитальной фазы; одновременно формируются фантазии и отношения, имеющие свои истоки в пробуждающихся генитальных ощущениях. К этому времени пробуждаются эдиповы переживания. Отныне ребенок проявляет совершенно целенаправленный и сознательный интерес к гениталиям обоих полов и ощущает смутное стремление совершать сексуальные действия. Значительные различия гениталий и всего тела ребенка и взрослого вынуждают ребенка отказаться от своих фантазий и желаний, которые нельзя осуществить в реальности. Табу инцеста, чувства вины и страха, которыми сопровождаются эти не соответствующие возрасту желания, во многом определяют то, как будет протекать фаза, характеризующаяся модусом проникновения. При благоприятных условиях происходит отказ от объекта эдиповых фантазий или они вытесняются, однако модус проникновения способствует развитию чувства собственной инициативы, причем ребенок не обременяется чувством вины и не страдает от порождаемого им торможения.

В любом случае в личности взрослого человека обнаруживаются затем формы осуществления сексуальной и несексуальной деятельности, определяемые органами, модусами и возможностями, которые допускаются в определенном обществе. Так, например, у взрослого человека модус проникновения может проявляться в малоприятной склонности психически подавлять других людей и проникать в них, не чувствуя необходимости предпринимать дополнительные действия в виде интеллектуального общения. В другом случае этот модус может найти выражение в том, что данный человек стремится проникнуть в затаенные уголки скрытого от науки знания или в глубины эстетического переживания. Таким образом, эти модусы, поскольку они имеют сексуальное происхождение, сохраняются как в непосредственных, сексуальных проявлениях, так и в других функциях, имеющих с ними лишь отдаленную связь.

Эриксон еще раз категорически подчеркнул, что речь здесь отнюдь не идет о психопатологическом развитии: в ходе долговременного исследования ему удалось проследить за развитием большой группы здоровых детей. Данная группа в течение многих лет изучалась сотрудниками Калифорнийского университета (Erikson 1951b, 671). Этим детям было от десяти до двенадцати лет, и в течение десяти лет они регулярно наблюдались другими специалистами. Эриксон установил игральный стол со стандартизированным набором игрушек, после чего предлагал каждому ребенку «изобразить на столе захватывающую сцену из воображаемого кинофильма».

Обращало на себя внимание то, насколько по-разному мальчики и девочки использовали объекты и пространство. Другие наблюдатели, которые не догадывались, что в данном случае изучал Эриксон, также могли подтвердить эти данные. Если кратко резюмировать, то мальчики сооружали строения, в которых особый акцент делался на «высоком» и «низком». Часто они изображали двигающиеся автомобили или индейцев, плавающих по каналам. Каналы или улицы были открыты или заблокированы — зачастую полицейскими. Мальчики были склонны в своих изображениях украшать прежде всего высокие структуры, тогда как девочки в основном выделяли «открытые» или «закрытые» структуры. Нередко они изображали незваных гостей, которые проникали в мирные внутренние пространства. Этими незваными гостями чаще всего являлись мужчины, мальчики или животные. В тех случаях, когда сцена была окружена простой изгородью, вход изображался в виде арки. Именно ее Аевочки украшали чаще всего.

Страницы: 1 2 3

Смотрите также

Организация рационального питания
Изучение радиационных воздействий на организм человека показывает, насколько опасно влияние радиации. Причем, как показали последние исследования, действия малых доз радиации на человека в большой ...

Проблемная ситуация и процесс практического мышления
Сегодня общепризнанным стал тезис С.Л. Рубинштейна о том, что мышление едино, что его различные виды (например, практическое и теоретическое мышление) имеют общую природу, подчиняются одним и тем ...

Управленческие процессы
Уровень развития информационного пространства начинает самым непосредственным образом влиять на экономику, деловую и общественно-политическую активность, граждан, другие стороны жизни общества. Ин ...