Прежде чем перейти к рассмотрению самой модели побуждений, необходимо более подробно остановиться на особенности человека как антиномического существа. В своих научных положениях Шульц-Хенке постоянно уделял большое внимание «природе» человека. Он считал важным постоянно подчеркивать, что структура всего живого гораздо богаче, чем мы можем охватить ее в теории неврозов. Уже сам факт, что человек является zoon politikon, существом, создающим культуру, и живым существом, знающим о своей смерти, представляет собой его важную характеристику и имеет специфические последствия. Далее, для понимания человека важно иметь в виду, что он должен решать антиномические конфликты, то есть уметь справляться с импульсами, потребностями и желаниями, противоречивость которых неустранима.

Слово «антиномия», возможно, у кого-то вызовет ассоциации лишь с великими, трагическими конфликтами, которые роковым образом возникают у человека в течение его жизни. При этом легко забывают, что повседневная жизнь каждого человека требует от него постоянного решения антиномических проблем. Все мы испытываем расщепленность. Уже маленький ребенок, который, по словам Шульца-Хенке, является не только «свирепым» существом, но и существом, нуждающимся в нежности и поддеРжке> находится в настоящем антиномическом конфликте.

Даже у животного можно уже обнаружить признаки расщепленности, а ведь любое животное является прежде всего инстинктивным существом. В сравнении с ним человека можно охарактеризовать как существо, сравнительно свободное, но вместе с тем «расщепленное надвое» или, лучше сказать, «расщепленное на многие части». Уже в противопоставлении Фрейдом эроса и влечения к смерти содержится нечто, что Шульц-Хенке называет антиномическим отношением человека к миру в целом, то есть к жизни и смерти. Кроме того, существуют интрапсихиче-ские и интерперсональные антиномии.

Интрапсихические антиномии возникают по причине того, что на свете есть не так много вещей, которые, если вообще интересуют человека, пробуждают у него только одну потребность. Следует отметить, что интрапсихические конфликты разыгрываются в основном между стремлением к моментальному удовлетворению и присущим каждому человеку стремлением к постоянству. Так, например, яблоко из-за его вкуса хочется сразу съесть, но вместе с тем за его красоту хочется сохранить и продолжать радоваться его виду. «Человек устроен так, что, по существу, столь же явно стремится к постоянству, как и к тому, чтобы отдаться во власть моменту» (Schultz-Hencke 1949, 23).

По мнению Шульца-Хенке, стремление к постоянству является настолько универсальным осознанным переживанием человека, что сравнительная недолговечность чувства удовлетворения после утоления анималистической потребности вселяет в человека тревогу, поскольку непостоянство его пугает. И наоборот, удовлетворение духовных потребностей более соответствует стремлению человечества к постоянству, поскольку получать удовольствие можно и от воспоминаний. Его, так сказать, можно вернуть обратно. Это, помимо прочего, является причиной того, что человек расценивает переживания духовных побуждений как «высшие», а анималистических, наоборот, — как «низшие». Из-за непостоянства последних он может начать их бояться и в конечном счете почувствовать себя виновным за свое собственное стремление к постоянству. Подобное автономное чувство вины выявить очень просто. Гораздо драматичнее, однако, переживается чувство страха, возникающее тогда, когда собственные потребности сталкиваются с противоположными потребностями других людей, а возможными последствиями могут оказаться враждебность или потеря любви. Шульц-Хенке пишет: «Этот особый страх потери любви и есть то, что составляет важную часть всех сконденсированных переживаний страха, которые мы в таком случае обычно называем чувством вины» (там же, 24).

В своей нужде человек располагает различными возможностями, позволяющими ему справиться с неустранимой противоречивостью побуждений. Напомним лишь о последовательном удовлетворении, об отказе, об управлении разумом и т. д. В следующем разделе мы более подробно разберем представление Шульца-Хенке о том, что существует и другая здоровая форма совладания с расщепленностью, а именно торможение. Если человек неожиданно распознает угрозу потери любви или его захлестывают автономные бурные чувства вины, то у разума не остается времени для управления. В таком случае вступает в действие торможение. Нам представляется важным указать на его универсальное, «здоровое» наличие. «Очень часто оно возникает без предупреждения, непреднамеренно и не нуждаясь в том, чтобы быть преднамеренным, в паническом страхе перед грозящим переживанием . И тогда одна из двух антагонистических потребностей вдруг "автоматически" исчезает» (там же, 60). Шульц-Хенке считает торможение настояьцим «остаюьцимся в остатке» инстинктивным компонентом человеческой природы.

Страницы: 1 2

Смотрите также

Психоаналитическая теория депрессии
В начале нашего столетия психоаналитики в ходе лечения больных стали собирать эмпирический материал относительно депрессии и на его основе создавать теорию (Abraham 1912, Freud 1917), получившую в ...

Последователи Фрейда
...

Психоанализ в Восточной Европе
Изначально понятие «Восточная Европа» использовалось как чисто географическое наименование. К нему относили местность и государства восточный части Польши, европейскую Россию и Украину, Прибалтику ...