Но если речь идет о патогенных «психических» раздражителях (например, чересчур интенсивных, слишком длительных или часто повторяющихся), то и «органические» функциональные процессы приобретают патогенный характер. Клетки, например, слишком долго остаются в состоянии патофизиологического изменения. Но могут возникать также и стойкие изменения. Зачастую « .их отличие, помимо прочего, заключается в том, что они [клетки], сталкиваясь с привычным раздражителем, реагируют теперь уже не обычным образом, как прежде, а аномально . Функциональное нарушение органа перешло в повреждение органа» (Schultz-Hencke 1951,282).

Однако может быть и так, что нарушено только взаимодействие функций. Хотя обычно раздражитель вызывает возбуждение во многих частях тела, однако его временная последовательность гармонично отрегулирована. В случае патогенных раздражителей это временное взаимодействие может оказаться нарушенным, тогда как в отдельных соединениях клеток и в отдельных возбужденных органах функциональные или морфологические нарушения выявить невозможно. «Вывод о том, что в каждом случае нарушения функционирования обязательно должен иметься аномальный орган или, по меньшей мере, аномальная функция его клеток, является неправомерным» (там же, 283).

Таким образом, в случае аномальных, необычных раздражителей, с которыми мы имеем дело в психопатологии, можно выделить три возможных варианта: нарушение функции, нарушение органов, нарушение взаимодействия функций.

Однако в центре интересов нейропсихологов находится четвертая, очень часто встречающаяся возможность: неодушевленный предмет или человек является источником не целостных раздражителей, а диссонирующих (см. раздел об амбивалентности и смешанных структурах). Один и тот же человек может одновременно производить как приятное, так и неприятное впечатление. Реципиент раздражителей реагирует тенденциями к приближению и к бегству. Каждая из сторон раздражителя вызывает обычные сами по себе телесные реакции, однако эти реакции ведут себя по отношению друг к другу антагонистически. При этом речь может идти о самых разных антагонизмах: чисто нервном, гуморальном, нервно-мышечном и т. д. Такие антагонизмы реагирования (выражаясь психологически, переживания), согласно Шульцу-Хенке, с определенной вероятностью будут вызывать нарушения органических функций, то есть сами по себе привычные раздражители вместе с привычными реакциями на них могут оказывать интенсивное аномальное воздействие — вплоть до необратимых изменений в органах — в силу самого факта их антагонизма.

В рамках концепции корреляции одновременных событий в зависимости от поставленных задач можно также изучать и «взаимные» реакции «души» и «тела», не совершая явных ошибок, как это было показано на нашем примере с испугом. Если рассматривать с этих позиций, то концепция корреляции одновременных событий не является всего лишь новой формулировкой старого психофизического параллелизма.

Страницы: 1 2 3 

Смотрите также

Творчество Вильгельма Райха и его последователей
Вне всякого сомнения, Вильгельм Райх — одна из самых неоднозначных фигур в истории психоанализа. Мы обязаны Райху тем, что терапевтическая техника психоанализа стала доступна для систематического ...

Творчество Мелани Кляйн
Разработав аналитический метод лечения маленьких детей, Мелани Кляйн создала инструмент, позволивший ей проникнуть в глубины психики и сделать новые открытия, относящиеся к раннему развитию челове ...

Фрейдовские соратники
Наряду с очерками о личности и творчестве Фрейда мы решили рассказать также о двух, пожалуй, наиболее выдающихся фрейдовских учениках: Карле Абрахаме и Шандоре Ференци. Невозможно даже просто сос ...